Тени в раю, август-сентябрь, 2012

С переменным успехом получается удовольствие от силы, потому как мои способности держать удар – дырявые, и для поддержания требуют изрядной доли ново-пассита, уборки, вкусной еды и творческих порывов. Хуже с последним словосочетанием.

Восхищаюсь  плодотворностью Ха-а и её потрясающим живым описательным и метафоричным слогом. Да, она не верит, что я читаю её ЖЖ… нет в моей жизни, пожалуй, другого такого блога, к которому я возвращаюсь с завидным постоянством, даже в свой собственный заглядываю реже. Но всё это слова – бессмысленные и беспощадные, как русский бунт. А слова – абсолютное зло. Все мои рухнувшие миры – итог словесного недержания, мысленной тошноты и душевнейшего поноса. А действия – минимум. Как там по Кастанеде? Сплошное индульгирование? Не складывается у меня с благородными поступками, со словами, впрочем, ситуация не менее плачевная – трепетности и вдохновения с лихвой хватает на ссоры, вздор, истерики, но не остаётся на серьёзную фабулу. Сплошной болезненный субъективизм сливается в бесконечные дневники, большей частью погребённые… ну где-то очень глубоко.

Моя последняя поездка в столицу по работе без фотоаппарата запомнилась армагеддоном в отличии от августовского путешествия в Славянск-Святогорск, когда безоблачный рай был свят и неприкосновенен.


СЛАВЯНСКИЙ КУРОРТ, парк, фонтаны
А ещё купание в озере...


Вечером ресторан Колыба с навязчивой свадебкой, неразбавленным вином и качелями

    


Святогорск, новый отель на фоне Лавровых холмов )



Банное озеро. Издательские чтения в ожидании Петруши из монастыря )

Прогулки по набережной

Пустое воскресенье

И снова я – бездомный житель… стучу подряд во все дома… (ЛенКа Воробей)

Я так давно не протирала шкаф

от прошлогодней пыли канувшего ветра.

Добротна жизнь из войлока и фетра.

Сижу, колени вечностью обняв.

Я не пишу, не требую ответа,

учусь молчать, не верить и бросать

обыденные камни в пропасть вето

и зависать с глухими воплями: банзай!

Как стойкий и нелепый организм,

я убиваю время медленно, но верно.

Я так удачлива, теплична, эфемерна,

отринув все «спаси и сохрани!»…

Я верую в пустое воскресенье,

засаленное прошлым, и в туман,

не вымученный сглазом и мигренью.

Я даже не могу сойти с ума!

Не считывая високосных лет,

трусливо жду у моря непогоды.

Раскидывать в он-лайн за годом годы

почище, чем выкапывать в золе

горячие, как угольки, вопросы, –

привычный ход. Но почему тошнит?

Сгущаются, как журавли и осы,

бойницы вкривь надуманных больниц.

Я в серости, как в шерстяном клубке,

теряю вспять ненайденное что-то,

увязывая в прежнее болото

косу и бурю, Вишну в коньяке.

Нет рубежей. В растрескавшемся свете

летит в петлю полу́ночный трамвай.

Я всё шепчу сквозьслёзный свой «банзай»,

пока мой шкаф зло полирует ветер…