Ежовое

Маргарите Ротко посвящается


В твоём одиночестве я выбираю свободу

без мыла и стали, с верёвкой, готовой сорваться.

В бетонном углу намешавшие в смех стекловату

ежовый рукав напихали сопливой любовью.  

Мне хочется схлынуть лавиной лапши из касторки

в калёный дуршлаг мимо уха, хвоста, междуножья…

солгать, отругать, отмерещиться, сплюнуть безбожно

на право и лево в дыру змеевидного тор(т)а.

Как пепел, рассыпанный в розу, – следы на закате

по снегу. В горячечной паре дыханий –

сквозящее небо январским крещендо. В архаи-

ке вешней надежды в охвате

зимовьем земли так мала наша вечность

и так человечна, что надо бы сразу с карниза

и в прорубь! Слоёными снами нанизан,

как бусинами, ниспадающий вечер.

Слезятся огни. На вольфрамовых спицах

плетёт макраме фиолетовым дымом

неспящая. В ночь-бахрому нелюдимо

вметаться, чтоб так не вязало любимых
           по жилам, по венам, по мокрым ресницам...